Марина Казанцева - Перекрёстки времени[СИ]

- Мы не сможем летать в такую погоду, - укрывая лицо от колючего ветра, сказал ученикам Гонда, - будем двигаться пешком.

Прибегать к пространственному переносу в такую метель тоже невозможно - когда видимость в пределах десятка метров. Погода в этом мире была самой большой его странностью: что повелевало ветрами в атмосфере, где не было испарения воды и где солнце очень мало влияло на условия?

- Планетное ядро живо, существует нестабильное магнитное поле, - объяснял Валандер из глубины мехового капюшона, - здесь есть действующие вулканы, вокруг которых кишит местная жизнь.

Тут Лён узнал одну особенность порталов Границы Миров, о которой не рассказал ему в свое время огненный князь Финист - то ли забыл по беспечности, то ли думал, что собрат и так всё знает. Отверстие входа прочно привязано к одному месту - в их случае оно находилось точно над грудой скал, у подножия которых ночевал отряд. Для возвращения к этому месту Гонда оставил маячок - кристалл, вмонтированный в стальную капсулу. На обратном пути второй такой кристалл, в браслете-компасе, будет указывать отряду направление.

Поначалу двигаться было довольно легко, только мешал ветер, бьющий в спину, да видимость слишком мала - до десятка метров. Однако, Гонда, кажется, знал куда идти - он уверенно двигался в одном ему известном направлении. Время от времени он указывал на ориентиры, примеченные в прежних посещениях Планеты Бурь, как назвал Лён про себя это негостеприимное место. По каменистой, растресканной поверхности каменистого плато всё время несло длинные потоки снежной крупы, похожие на плотные белые волокна - позёмка летела совсем полого. Из-за этого ноги то и дело оступались и попадали в мелкие трещины. Иногда попадались глубокие щели, до десятка метров в ширину. Их отряд преодолевал легко, одним прыжком в пространстве - это было легко, поскольку все маги, за исключением Энины, владели этим способом перемещения, лишь бы видно было куда прыгать. Девушку-целителя переносил Магирус, крепко охватывая её за плечи.

Вскоре путь уже не казался таким простым: дорога пошла в горы, и прыжки на малые расстояния оказались затруднены из-за плохой видимости. Приходилось перебираться исключительно ногами. Но Магирус по-прежнему уверенно правил в известном ему направлении: путь отряда вёл к застывшему морю. Мороз крепчал, отчего дышать становилось трудно. Уж насколько скверно чувствовал себя Лён, а каково приходилось Энине? Острые, колющие потоки снега теперь несло прямо в лицо, ледяная масса забивалась под капюшон, проникала под застёжки тулупа, таяла на щеках и губах, тяжёлым грузом скапливалась на плечах. Забивалась под вещевые мешки, ставшие вдруг тяжёлыми и скользкими. А Магирус всё не объявлял привал. Да и негде было: кругом сплошные, едва преодолимые скалы да чуть приметная тропа. Если бы не магическая способность переноситься в пространстве, отряд ни за что не преодолел бы этот переход.

Энина изнемогала - силы быстро оставляли её, и девушка становилась настоящей обузой отряду. Изо всех сил, молча, стиснув зубы, она карабкалась по камням, цеплялась за выступы. У неё не было вещевого мешка - мужчины избавили её от этой ноши, но за отвороты меховых сапог набилось много снега, обувь стала тяжёлой, внутри сырой и неприподъёмной. Казалось, ещё немного, и девушка расплачется. Валандер явно выбивался из последних сил, и даже сам Гонда, который, кажется, был сделан из железа, всё чаще спотыкался и едва не падал.

Лён еле держался, его охватывал ужас при мысли, что придётся провести тут целую неделю! Он мельком глянул на Пантегри и изумился: на лице старшекурсника не было и следа усталости, в янтарных глазах его словно мерцал какой-то огонь - тот чувствовал себя прекрасно в этой бешеной среде. Так же спокойны были Очерота и Диян: эти невыносимые условия были вполне привычны для уроженцев холодного мира Содружества! Вот это охотники! Вот она, прирождённая черта жаворонарцев, делавшая их незаменимыми бойцами!

Наконец, Пантегри взвалил измученную и обессилевшую девушку себе на спину и продолжил путь с этой ношей, лишь едва замедлив движение - физическая сила его впечатляла. Да, в этом походе друзья Лёна показали высший класс выносливости.

Его сердце задрожало от радости, когда Гонда, наконец, дал знак остановиться. Небольшое углубление в боку горы, тесная каменная нора, но это было что-то. Тут можно передохнуть. На счастье ветер дул так, что миновал это убежище, оставалось только выгрести снег, набившийся в пещеру.

- Ни в коем случае нельзя использовать огонь, - сказал Магирус обветренными губами, - иначе привлечёте холодных червей, они чувствуют тепло за многие мили.

Снег пришлось выгребать руками, отчего меховые варежки совсем промокли и затем обледенели. Наконец, отряд кое-как устроился и затих в изнеможении, слушая рычание и дикий вой ветра, глядя на носящиеся в мутном воздухе крутящиеся вихри.

Вэйвэ о чем-то тихо говорил с Магирусом. Жаворонарцы сразу уснули, забравшись в меховые мешки. Энина мрачно смотрела на отверстие входа - глаза её окружили тёмные круги, лицо покрыли неровные пятна красноты. Лён чувствовал себя так же скверно.

- Скажи, Магирус, зачем надо было идти сюда в сезон бурь? - тихо спросил Гонду Валандер. - Какая необходимость? У нас закончился запас яиц?

- Приказы Совета не обсуждают, - утомлённо ответил глава экспедиции, не открывая глаз.

ГЛАВА 3

Подниматься было ужасно тяжело: всё тело ломило, мышцы болели. К счастью, никто не обморозился. Измученное тело требовало пищи и тепла. А развести огонь вне палатки из изолирующего материала нельзя: тут же нагрянут холодные черви. Гонда сотворил для всех холодные пироги, и проголодавшаяся команда накинулась на них с горячим рвением. Застолье, однако, было скудным.

- Нельзя вам наедаться, - чуть усмехнулся учитель, - здесь некуда отойти.

Условия становились всё более невыносимыми, а обязанностей с участников экспедиции никто не снимал. Они останутся здесь, пока не кончится буран. Однако в любую погоду здесь рыскают дикие твари, ищущие живой плоти и жаждущие тепла.

Выпала смена дежурить Лёну и Очероте. Магирус объяснил, чего следует опасаться и каковы признаки опасности, а затем забрался в свой мешок и мгновенно заснул - он отстоял две смены подряд, давая ученикам возможность отдохнуть после перехода, и не спал более двух суток.

Для наблюдения существовали два поста: один сбоку от входа в пещеру: это острый выступ, нависающий над пропастью, откуда было видно склон горы и подходы к нему. Второй на вершине, куда можно было взобраться по небольшим ступенькам, явно искусственного происхождения. Как объяснил Валандер, наверху когда-то, очевидно, существовало ритуальное строение, к нему и вела эта узкая каменная лестница. Оттуда, сверху, можно видеть обратный склон горы и заметить приближение с воздуха ледяных драконов. Первым на вершину отправился Очерота, а Лён уселся у стены, плотно привалившись к ней, и охранял сон товарищей.